Михаил, что привело Вас к профессии артиста?
Судьба. Я всегда много читал, буквально взахлёб. Первый раз попал в театральную студию «Юность» при ДК Железнодорожников в 15 лет. Хотя отец отговаривал меня от театра. Говорил, что культура здесь никому не нужна. Но мне там нравилось. Я понял, что на сцене можно прожить много жизней. Потом поступил в театральное училище и завертелось. И сколько бы я ни пытался уйти от театра, всегда возвращался.
Подскажите, как найти артисту свое амплуа?
Научить нельзя – научиться можно. Кто хочет, тот и может. Это ведь на пальцах не объяснишь – это внутри происходит.
Если бы у Вас была машина времени, то в какой исторический период времени Вы бы отправились?
Где родился – там, как говорится, и сгодился. Мне нравится то время, в котором я сейчас живу. Путешествовать по временам – не хочу, лучше путешествовать по разным местам нашей страны. Ведь какая у нас удивительная природа!
Если бы у Вас на той же машине времени была возможность встретиться с одной исторической личностью, кто бы это был?
Очень интересно было бы встретиться с Высоцким, Есениным или Лермонтовым и просто пообщаться.
С кем из знаменитых артистов Вы хотели бы сыграть на сцене?
Я на сцене уже играл со знаменитым артистами. Например, с Валентиной Талызиной, Гоги Кавтарадзе. С мастерами играть одно удовольствие. Хотелось бы с Евгением Евстигнеевым. Но уже не судьба.
Станиславский говорил, что в драме работают «через всего себя», нужна личность, то есть тот, кто обладает умом, сердцем… А это достигается через мощную эмоцию, которая забирает силы — физические и духовные». Приходилось ли когда-нибудь вам нарушать этот принцип и в каких ролях? И есть ли у вас «экспресс» способы восполнения эмоций после спектакля?
Есть ремесло, а есть Творчество с большой буквы. К театру я именно так отношусь, а значит, каждый раз отдаю всю свою энергию и эмоции. Иногда выходишь со сцены как выжатый лимон, а иногда – сил остается столько, что мог бы сыграть и ещё один спектакль. «Игроков», например, могу играть целыми сутками. Что касается восполнения сил, то я стараюсь напитываться энергией от природы, поэтому мы вместе с супругой часто гуляем.
Так сложилось, что «Игроки» Гоголя – это незаконченное произведение. Не закончена и опера Шостаковича на эту пьесу. Поговаривают, что судьба произведений о «болевой точке всей русской культуры», то есть игры в карты, отличительна таким исходом. Можно ли сказать, что в спектакле Сергея Федотова вы прочертили и выстроили все перипетии сюжета и нашли «твердое» место своего героя (Утешителя)? Или же литературная недосказанность берет верх, в том числе, и над вашим героем?
Режиссёр – автор спектакля. В наших «Игроках» Сергей Федотов выстроил все линии так, как он хотел. Какие-то части из гоголевского произведения даже сократил. Поэтому получился законченный спектакль. У нас недосказанности нет. И, да, моего героя зовут – Степан Утешительный.
Бывает ли зависть к другим актерам (речь не о Джеке Николсоне): кто-то другой прекрасно сыграл, а Вам эта роль не досталась или досталась, но в то время, когда Вы были к ней не совсем готовы? Или такие моменты переживаете философски?
Зависть – это смертный грех. Я не завидую другим артистам, я искренне за них радуюсь! А что касается Джека Николсона. Я играл в спектакле «Полёт над гнездом кукушки» в театре-студии «Юность» Макмерфи. Это тот самый герой, которого играл Николсон в фильме Формана. Мы четыре раза сыграли, каждый раз зал забивался битком. Но однажды на спектакль пригласили человека из обкома, и он запретил играть, увидел там двойные смыслы. Я расстроился сильно, ведь спектакль был классный!
Несомненно, Ваша работа в театре общества слепых многое дает актерам этого театра. А Вам?
Не помню, кто сказал фразу: «Когда объясняешь другим, начинаешь лучше разбираться сам». Это сотрудничество помогает и в моей работе на сцене. А вообще актёры театра «Талисман» (прим. театр при Обществе слепых) меня спрашивают: «Как Вам работается в театре?» Я всегда отвечаю: «Я занимаюсь любимым делом, и мне за это ещё и деньги платят». Они говорят: «Повезло вам!». Ставить спектакли в Камерном театре мой учитель Виктория Николаевна Мещанинова не даёт, так я ставлю с участниками театра «Талисман».
Получается ли смотреть спектакли других театров взглядом зрителя? Или смотрите взглядом профессионала и Вам все понятно за первые минуты?
Я даже жену научил смотреть спектакли с профессиональной точки зрения. Потом мы с ней «разбираем» спектакль, обсуждаем режиссуру, игру актёров. Кстати, свою жену Наталью Николаевну я встретил тоже в театре-студии «Юность». В спектакле по Шукшину мы играли мужа и жену, все смеялись потом, что мы доигрались.
Михаил Викторович, а Вы смогли повзрослеть так, как представляли это в детстве?
Душа не имеет возраста. Ведь мы до сих пор с друзьями — одногодками называем друг друга «парни» и «девочки», а ведь мы уже бабушки и дедушки.
Какие свои детские мечты Вы смогли воплотить в реальность?
В 5 лет мечтал, чтобы мама была продавцом мороженого, а она работала в исследовательском институте копировщицей. В 10 лет хотел полететь в космос. Значит получается, что детские мечты я не реализовал.
Есть ли у Вас самая заветная мечта?
Да, мечтаю, чтобы у меня кроме актёрской работы была ещё и режиссёрская, не только в народном театре, но и в любимом Камерном!